Сегодня: вторник 26 сентября 2017 г.

Победителям, не вернувшимся с войны, посвящается…

4 сентября 2017 г.
…Передо мной два маленьких чёрно-белых фотоснимка. На них в военной форме запечатлены Пётр Климентьевич Собченко и Семён Никитич Недолуга – мои прадедушки. К сожалению, я их не знала лично. Да что там я! Этих мужественных людей толком не успели узнать собственные дети – моя бабушка Тамара Петровна Собченко (в замужестве Недолуга) и дедушка Алексей Семёнович Недолуга. Ведь их родители погибли во цвете лет, защищая в годы Великой Отечественной войны нашу Родину от немецко-фашистских захватчиков, чтобы любимые жёны с дочерьми и сыновьями жили спокойно под мирным небом.
Я смотрю на эти фото и вспоминаю всё, что рассказывали мне в детстве о прадедушках, воевавших с фашизмом. Информации было немного: где родились, в таком-то возрасте ушли на фронт и… погибли. Бабушка при этом всегда начинала плакать, а дедушка нервно закуривал. Однако из их обрывочных рассказов мне запало в сердце главное: Пётр Собченко и Семён Недолуга в нашей семье – герои, отдавшие свои жизни ради Великой Победы.
Для меня стало чрезвычайно важно ближе соприкоснуться с судьбами родных, которые стоят в «Бессмертном полку» моей семьи и России. Сегодня я с гордостью могу сказать, что теперь знаю о них гораздо больше. Мне удалось установить боевой путь прадедушек и побывать там, где они воевали. Интерес к этому во мне пробудили поездки по памятным местам Великой Отечественной войны и встречи на братских могилах с родственниками павших воинов.

Где поклониться отцовскому праху?

Мои бабушка и дедушка родились и жили в Актюбинской области Республики Казахстан. В 1942 году, будучи 4-летними малышами, они узнали горькую весть о том, что их отцы погибли на фронте. Только, где находится место гибели Пётра Собченко и Семёна Недолуги, осталось тогда для них неизвестным. Горю в семьях не было предела. Жёны убивались слезами: погас свет очей, как растить детей без крепкого мужского плеча?...
Большую часть жизни бабушка и дедушка прожили, не зная, где их папы сгинули и где поклониться отцовскому праху. Сразу после войны пошли запросы по инстанциям о судьбах родителей. Ничего... В 1980-х годах, когда в стране массово активизировалось поисковое движение, забрезжила надежда что-то выяснить. Обращения возобновились. Сначала обращались в военкоматы Актюбинской области, а затем и по новому месту жительства на Калужской земле.
По П.К. Собченко никаких ответов не сохранилось. А вот по С.Н. Недолуге есть. В письме от Алгинского районного военного комиссариата Актюбинской области 1981 года говорилось, что Семён Никитич, посёлок Черноводск, действительно числится в книге призывников и что извещение о его гибели выдано жене Марии Ивановне. Но где он погиб и где похоронен, таких данных нет. Во втором документе того же года, но уже от Актюбинского городского военного комиссариата сообщалось о том, что по тщательно проверенным архивным материалам справок о смерти Семёна Недолуги на хранении не имеется. В конце рекомендовалось написать в Центральный Архив Министерства обороны СССР. В 1982 году на сделанный запрос Кировский объединённый городской военный комиссариат Калужской области прислал короткое и мало проливающее свет сообщение от ЦАМО: Семён Никитич Недолуга, находившийся на фронте Великой Отечественной войны, пропал без вести 25 января 1942 года. И всё…

Не теряя надежды

Впереди бабушку и дедушку ожидали ещё долгие годы неизвестности. Но надежды они не теряли. Попытки узнать об участи отцов настойчиво продолжались. И провидение соединило их с близкими. Причём, невероятным образом!
Когда бабушка и дедушка переезжали из Актюбинской области в Калужскую, то даже и представить себе не могли, что не просто так их потянуло в эти удивительные края, пленяющие среднерусской красотой пейзажей. Хотите верьте, хотите нет, но, переезжая, они словно откликнулись на зов отцовской крови. Оказалось, бабушкин отец погиб на Калужской земле, а дедушкин – воевал и пропал без вести на Орловщине, буквально на границе с Калужским регионом!
Но обо всём по порядку…

Место памяти – Извольск

В Калужской области бабушка и дедушка вместе со своими детьми обосновались на станции Фаянсовая – ныне микрорайон города Кирова. Здесь они познакомились с поисковиком по фамилии Шульга, который взялся помочь в поисках. И вот в 1987 году семья узнала, что Пётр Климентьевич Собченко, защищая Отечество, погиб на территории Калужского края. Место гибели – деревня Мякоты, а место захоронения – братская могила в древнем селе Извольск Износковского района.
Известие кольнуло болью в сердце. Но теперь мои родные могли посетить место упокоения героя семьи и отдать ему дань уважения. Бабушка и дедушка, а также их старшая дочь Наталья (моя тётя) побывали на братской могиле павших воинов в Извольске.
Это долгожданное событие произошло 9 мая 1987 года. Я была 5-летним ребёнком, но отчётливо помню тот хмурый день. Рано утром взрослые куда-то суетливо собирались. Бабушка почему-то боялась забыть охапку цветов, срезанных в саду. Все погрузились в жёлтый автомобиль нашего соседа дяди Славы Черёмухина, который всегда стоял «на приколе» во дворе. Но ради такого поистине святого повода дедушкин друг сел за руль.
В окошко я наблюдала, как отъехала машина. Моросило. Потянулся длинный скучный день без игры на улице. Дома стояла непривычная, гнетущая тишина. И лишь только поздно вечером около калитки раздался звук мотора. Вернулись! Грустные, с заплаканными лицами, спешащие поделиться с семьёй и друзьями впечатлениями и эмоциями.
-Надо же такому случиться, уехали в Калужскую область и нашли могилу отца, - повторяла бабушка сквозь слёзы горечи и облегчения.
О той поездке в семейном альбоме на память осталось одно расплывчатое фото. Но я могу узнать на нём фигуры родных. Они, как и берёзы вокруг, склонили головы у памятника, который и мне теперь хорошо знаком…

«Красные следопыты»

Посещая село Извольск, бабушка Тома и дедушка Лёша познакомились с Извольской школой и руководителем кружка «Красные следопыты» Клавдией Петровой. Под её руководством школьники активно занимались краеведческой работой, благоустройством захоронений и поиском родственников погибших солдат. После с Клавдией Васильевной установилась переписка. Кстати, эти письма получала не только моя бабушка Тамара Петровна, но и её мама, вдова защитника Отечества Александра Петровна, всю жизнь прожившая в городе Актюбинске, ныне Актобе.
-Всякий раз мы несказанно радовались, получая письма от следопытов. Читать их было интересно и приятно. Они маму очень поддерживали, - воспоминала младшая дочь Александры Петровны от второго брака – Надежда.
Несмотря на то что Клавдии Васильевны Петровой уже нет с нами, я от имени моих родных хочу выразить ей слова благодарности за огромный вклад в дело сохранения памяти о Великой Отечественной войне и за патриотическое воспитание молодёжи. Кроме того, мне хочется попросить прощения у этой небезразличной к истории своей страны и малой Родины женщине за невыполненную своевременно просьбу. Дело в том, что в единственном сохранившемся в домашнем архиве письме из Извольска она просила прислать фотопортрет Петра Климентьевича Собченко для школьного музея. Я не знаю причины, но фотография так и не была ей отправлена.

30 лет спустя

Так получилось, что спустя 30 лет просьбу «Красных следопытов» выпало выполнить мне. Но, к моему стыду, и я сделала это не сразу. Оправдаться можно банально: жизнь, суета, обстоятельства...
Впервые братскую могилу в Извольске я посетила в год 70-летия Великой Победы. Она выглядела точь-в-точь как на старом фото. Только ограда на захоронении была уже современная и вдоль дорожек, выложенных тротуарной плиткой, как солдаты, выпрямив крепкие гранитные спины, застыли на вечной вахте памяти мемориальные плиты со списками павших. Здесь похоронены 2077 бойцов, из низ 1637 – известны.
По информации, почерпнутой из Книги памяти Калужской области, братская могила в селе Извольск возникла в период жестоких боёв. В 1950-х годах сюда перенесли останки погибших советских солдат и офицеров из захоронений многочисленных, теперь уже не населённых пунктов, в том числе из деревни Мякоты, где смертью храбрых пал и мой прадедушка П.К. Собченко со своими боевыми товарищами. В 1957 году на могильном холме установили скульптурную композицию. На высоком постаменте стоят рядом воин со знаменем в руке и женщина, придерживающая перевитый лентой венок.
Справа от входа на четвёртой плите фамилии начинались с буквы «С». Взгляд быстро «запрыгал» по строчкам: Степанов, Симонов, Смирнов, Соболев… Собченко! В памяти всплыл портрет Петра Климентьевича. Широкое лицо, губы, близко посаженные глаза – всё знакомое, родное, бабушкино…
Следующий мой приезд в Извольск состоялся в праздник Победы – 9 мая 2017 года. Так совпало, что в этот день исполнялось ровно 30 лет установившейся между нашей семьёй и этим памятным местом невидимой для времени и расстояния связи. Эту дату я встретила в колонне «Бессмертного полка» с немногочисленными учащимися Извольской школы. Было очень холодно. Шёл ледяной дождь. Складывалось впечатление, будто вместе с нами сама природа скорбела по павшим воинам. Но погодное ненастье не помешало нам выполнить свой долг: высоко держа портреты своих воевавших родных, участники патриотического мероприятия с гордостью прошествовали до центра села к братской могиле, где был проведён праздничный митинг.
День Победы собрал жителей села вместе. Со словами поздравлений перед односельчанами выступили представители органов власти и гости из района. До глубины души тронули выступления детей, которые читали прекрасные, исполненные патриотизма стихи.
После минуты молчания объявили церемонию возложения цветов. Я с гвоздиками – цветами мужества – подошла к заветной мемориальной плите: «И вновь здравствуйте, мой дорогой победитель, не вернувшийся с войны! Позвольте мне от каждого вашего потомка поклониться вам и сказать спасибо за жизнь, за Родину, за будущее!...
Дорогой прадедушка Пётр Клементьевич, расскажу вам о вашей родне. Нас у вас – много! Ваша жена, оставшись вдовой, позже вышла замуж. Её второй муж Иван Паршин, как и вы, тоже воевал, был разведчиком. Приёмную дочь Тамару он любил, как и свою родную дочь Надю. По рассказам двоюродной бабушки Надежды Ивановны, в их доме на самом видном месте висел ваш портрет. Фронтовик Иван Паршин к этому относился с большим почтением. У вашей дочери родилось трое детей. Каждый из них подарил ей по три внука. А внуки одарили её 4-мя правнуками и правнучками.
Ваша дочь Тамара Петровна и её муж Алексей Семёнович завещали своим детям, внукам и правнукам не забывать о вас, о вашем подвиге. И мы стараемся делать так, как нам было наказано. Ваша семья хранит память о вас и передаёт её новым поколениям наследников Великой Победы».
Находясь на братской могиле, я решила, что обязательно привезу сюда табличку с фотоснимком Петра Собченко, а также с информацией о нём. Благодаря мужу задуманное удалось исполнить. Мы изготовили памятный знак и не без усилий его установили. Земля в ограде оказалась каменной. Пришлось поработать сапёрной лопатой. Но теперь все, кто когда-нибудь придёт на воинское захоронение в Извольске почтить память героев, возможно, запомнят лицо одного из них: кто он, откуда родом, когда погиб…
Для родственников я сфотографировалась у мемориальной плиты и стоящей рядом таблички. Прочувствуйте, какой трагически короткой вышла жизнь у П.К. Собченко. Он родился в 1910 году, когда ушёл на войну, то ему был 31 год. Дома у него осталась семья – жена Александра Петровна и ребёнок, маленькая дочка. Они жили в Казахской Советской Социалистической Республике, в городе Актюбинске на Московской улице в доме №169 (ныне Республика Казахстан, город Актобе). Пётр Климентьевич воевал в составе 53 Актюбинской стрелковой дивизии 475 стрелкового полка. Был старшим лейтенантом, командовал взводом. Пал смертью храбрых 24 октября 1942 года.

Долг памяти

В тот же самый год без вести пропал (хотя скорее всего его тоже не стало) другой мой прадедушка Семён Недолуга. После последнего извещения, пришедшего от Кировского военкомата, попытки узнать о судьбе Семёна Никитича не предпринимались. И только в 2017 году они вновь возобновились, благодаря моей двоюродной сестре Тамаре. Видимо, то, что она носит (и не без гордости) фамилию Недолуга наложило на неё особые нравственные обязательства.
Однако у Томы ничего не вышло. Электронный архив Министерства обороны Российской Федерации «Мемориал», к которому она многократно обращалась с запросом, молчал. Тогда сестра застыдила меня, мол, одному нашему прадедушке почести, а от другого – только имя? Давай-ка, семейный журналист, имея больше возможностей, присоединяйся к поискам!
Эта настойчивость заставила меня активизироваться. Перед 9 Мая я запросила информацию на другом Интернет-портале министерства обороны под названием «Память народа». Да, видимо, желающих узнать про своих родных насчитывалось столько, что сайт «захлёбывался» от количества заявок. Модераторы просили попытаться сделать запрос по окончании празднования Дня Победы.
Праздник победного мая, как рассказано выше, я провела в селе Извольск на братской могиле прадедушки П.К. Собченко и через несколько дней сразу вернулась к поставленной задаче. К огромной моей неожиданности на экране компьютера высветился положительный ответ. Был найден документ с запрашиваемыми в строке поисковика данными по Недолуге Семёну Никитичу. Известная мне информация совпадала: родился в 1900 году в посёлке Черноводск Ключевского района Актюбинской области, красноармеец, последнее место службы – 387 стрелковая дивизия, выбыл – 25 января 1942 года. А дальше была абсолютно новая информация, она касалась места выбытия – это Орловская область, о чём до сих пор не знала моя семья и главное – мой дедушка, сын погибшего героя.
Я скачала страничку под номером 34 из донесения о боевых потерях. Верхнюю строчку ставшего коричневым документа занимала фамилия прадедушки. На карте наглядно демонстрировался боевой путь 387 сд и воевавшего в её составе красноармейца С. Недолуги. Фронтовой поход Семёна Никитича начинался в Акмолинске, шёл по прямой, минуя город Орёл, потом делал резкий поворот вправо под углом в сторону Болхова и, огибая петлёй небольшие населённые пункты, заканчивался… Не может быть! На границе с Калужской областью! Вот только, где точно, непонятно.
Найти ответы на многие вопросы мне помогли историки и исследователи как Орловского, так и Калужского края, с которыми я познакомилась и списалась через Интернет. Они выкроили для меня время, изучили присланные мной материалы и выслали раздобытые где-то сканы документов, проливающие свет на судьбу прадедушки. На письма от совершенно незнакомого человека быстро ответили заведующий военно-историческим музеем города Орла Сергей Владимирович Широков, а также Евгений Фролов (сайт «Память – Орловская область в годы Великой Отечественной войны») и Олег Григорьевич Мельников (сайт «Традиция»). Спасибо им огромное за внимание и отзывчивость!

Файлы исторической хроники

Вечерами я изучала присланные мне файлы. Из них на меня обрушился поток исторической хроники.
Итак, передо мной страницы характеристики боевой деятельности 387-й стрелковой дивизии и оперативные сводки боевых донесений. Из этих документов мне удалось узнать, что прадедушкина дивизия носила почётное звание «Перекопская». Она формировалась с 28 августа по 15 сентября 1941 года в городе Акмолинске Средне-Азиатского военного округа. До 6 ноября 1941 года занималась боевой подготовкой по ускоренной программе. Затем по приказу Ставки Верховного Главного Командования была введена в состав 61-й армии и переброшена в село Беково.
К началу декабря дивизию передислоцировали по железной дороге в город Мичуринск с задачей его обороны. 7 декабря она находилась во втором эшелоне армии и совершала наступательный марш до рубежа: Поляна, Троицкое. В тяжёлых условиях при сильном морозе по занесённым дорогам за 20 дней дивизия преодолела 460 километров. Во время марш-броска из-за бездорожья и отсутствия горючего дивизионная артиллерия отстала на 2 перехода. Но несмотря на это, к назначенному сроку дивизия сосредоточилась на заданном участке.
27 декабря 1941 года в ходе наступательных операций на Болховском и Орловском направлениях дивизия приняла бой под селом Троицкое Ульяновского района Орловской (ныне Калужской) области. Попытки противника перейти в контратаку были отбиты с большими для него потерями.
16 января 1942 года 387 дивизия перешла в наступление в направлении: Сорокино, Уколицы, Песоченка, Ногая. В течение всего месяца она вместе с частями 356 сд и 91 кд упорно сражалась на подступах к Болхову. Было уничтожено 2800 гитлеровцев, 14 танков, 15 орудий и до 30 автомашин противника.
23 января части 61 армии, встречая упорное сопротивление, продолжили окружение Белёвско-Болховской группировки врага. С утра 387-я дивизия из района Городок, Ивановский, Верхняя и Нижняя Радомка наступала на Плащанское.
Шёл 25-й день января. 61-я армия продолжала наступление, имея задачу окружить и уничтожить Белевско-Болховскую группировку противника. Фашисты оказывали ожесточённое сопротивление наступающим частям, переходя на отдельных направлениях в контратаки. Вечером, в 17 часов, 1273-й стрелковый полк, в котором воевал мой прадедушка, вёл бой в районе посёлка Новоигинский Болховского района. Для Семёна Недолуги он закончился записью в донесении о безвозвратных потерях: пропал без вести. Семён Никитич выполнил свой долг, сделав, что мог. Дальше борьба за судьбу народа и страны велась уже без него.
В течение всего 1942 года 387-я дивизия вела оборонительные и наступательные бои южнее и юго-западнее Белёва, прикрывая Калужское и Тульское направления. В конце одного из документов значилось, что она надёжно прикрывала правый фланг 61-й армии и стык её с 16-й армией и не допустила ни одного случая прорыва своей обороны, несмотря на многочисленные и яростные атаки противника.

Пропал без вести или погиб?

В донесениях 1942 года о безвозвратных потерях чётко указывалось, что красноармеец Семён Никитич Недолуга пропал без вести. Во время войны такая запись давала семье призрачную надежду на ошибку. Но сегодня, спустя 75 лет, она равносильна похоронке.
Орловская земля обильна полита кровью советских воинов, о чём свидетельствует внушительный реестр воинских захоронений Орловщины. Но ни на одном из них фамилия Недолуга не значится. Изучение и многократная проверка сводной таблицы списка павших на территории Орловской области, в котором насчитывается 9 499 человек, показали, что Семёна Никитича среди них нет. Однако мне хочется верить, что если он всё-таки погиб, то достойно предан земле со своими боевыми товарищами, хотя бы как неизвестный солдат.

Место последнего боя – Новоигинский

Я вновь и вновь перечитывала полученные документы и всякий раз будто проживала вместе с прадедом его последние, известные нам дни жизни. Они растворились в безвестности в незнакомом ему посёлке Новоигинский за сотни километров от дома. «Новоигинский, Новоигинский», - постоянно звучало в моей голове, заставляя запомнить непривычное название. Где он находится? Существует ли до сих пор? Возможно ли до него добраться? Эти вопросы не давали мне покоя, и мои изыскания продолжались.
Благодаря «отчётной карте», полученной на электронную почту от моего нового Интернет-знакомого Олега Мельникова, я смогла детально рассмотреть месторасположение 61-й армии и её частей в период с 22 по 26 января 1942 года. Красным карандашом на ней были обозначены позиции, занятые нашими войсками, синим – противника. На «красной» стороне в глаза бросались флажки с цифрами внутри и кружки вокруг населённых пунктов. Меня интересовали, конечно, пометки «387 сд». На границе с лесным массивом таких насчитывалось несколько, и одна стояла над названием Новоигинский. Вот он!
Нашёлся этот посёлок и на современной географической карте России. По запросу в Интернете Яндекс тут же выдал мне онлайн-изображение искомого объекта и обеспечил различными источниками информации о нём, включая официальный сайт органов власти. С помощью всемирной паутины я выяснила, что посёлок Новоигинский входит в состав муниципального образования «Сельское поселение «Медведковский сельсовет» Болховского района Орловской области. Центральными координатами Новоигинского поселка можно считать 53°30' с.ш. и 35°46' в.д. От административного центра поселения посёлок удалён на 7 километров, а от районного – на 27. В поселке одна улица – Подлесная. Число дворов – 3, число жителей – 4, и всем им свыше 60 лет.

В путь!

Ну надо же! Собранные сведения придают оптимизм. Значит, есть шанс добраться до Новоигинского, чтобы посмотреть на места, где бился с врагом мой прадедушка, и пообщаться со старожилами. Муж горячо поддержал мою идею, даже если на самом деле всё окажется не так радужно. И 26 июля 2017 года мы, подготовившись на всякий случай по-походному, на автомобиле отправились разведывать путь.
Отмечу, что на Орловщину мы поехали не привычной для многих дорогой через родной областной центр – Калугу. Наш маршрут проходил через Хвастовичский район Калужской области. Здесь существует сквозной проезд в соседний регион, причём прямо на территорию Национального парка «Орловское Полесье».
По дороге в различных населённых пунктах нам встретилось с десяток памятных мест Великой Отечественной войны. У каждого наш авто сделал остановку. Мы посетили памятники жертвам фашизма, братские могилы воинов, воинские мемориалы с бюстами прославленных героев и военачальников, а также боевой техникой.
Чем ближе мы подъезжали к интересующей нас точке на карте, тем сильнее бились наши сердца от волнения. Вот мы миновали Болхов, и перед нами замелькали дорожные знаки с названиями населённых пунктов: так, Успенский, Хотетово, Лучки, Светлая Заря, Козюлькина… Дальше резкий, почти под 90 градусов, поворот вправо, на конечную – Медведки, а по прямой отсюда должна уходить дорога (не трасса, конечно, но чётко обозначена) на Новоигинский.
Машина повернула и остановилась. Неужели проехали? Мы вышли и прошли назад. Указатель на Новоигинский отсутствовал. Но зато в нужном месте в лес уходила грунтовая накатка, которую, судя по следам, недавно расчищала большая техника. GPS-навигатор подтверждал – да-да, вам, путешественники, туда.
К походу мы были готовы. Нацепив рюкзаки с водой, географическим атласом и фотоаппаратом, двинулись в нужном направлении. Предстояло идти около 2-х километров. Стояла утомляющая жара. «А когда в январе 1942-го года в этих краях гремели бои, то трещали лютые морозы», - вдруг вспомнилось мне.
Мы шли под палящим зноем, и нам казалось, будто Новоигинский не намерен к нам приближаться ни на метр. Обозначающая центр посёлка точка на навигаторе постоянно удалялась от нас. Но мы упорно продолжали идти, ориентируясь по линиям электропроводов, которые тянулись вдоль нашей «дороги» по правую руку.
Трава вымахала высоченная, и что нас ожидало там, впереди, мы не видели. В какой-то момент на развилке ноги увели нас в сторону, поддавшись искушению шагать по менее заросшему направлению. Однако мы вовремя сориентировались и вернулись к месту дорожного раздвоения. Ещё немного, и показались яблоневые сады, а за поворотом и деревянные строения. Неожиданно залаяла собака, под ноги бросился сильно исхудавший кот. Неужели и люди живут?
Миновали первый от «дороги» дом. Недавно его явно пытались ремонтировать. Жаль, хозяин отсутствовал. Осмотрелись. Действительно, на небольшом пятачке сквозь хмызник проглядывают три домовладения с сараями. И никого… Вот таким предстал перед нами Новоигинский: заросшим, заброшенным и хранящим молчание о прошлом… Но мы не испытали разочарования, а низко поклонились этой земле.

На братской могиле в деревне Козюлькина

Побывав там, где, по стихотворным строчкам Владимира Высоцкого, «вставала земля на дыбы», но не осталось практически ничего, мы с мужем приняли решение установить памятный знак на территории ближайшего по отношению к посёлку Новоигинский захоронения. Это братская могила в деревне Козюлькина Боровского сельского поселения. В ней покоится 436 солдат и офицеров.
Воинское захоронение в деревне Козюлькина ещё издали привлекло к себе наше внимание. Дело в том, что здесь все надписи на мемориальных плитах и православный Поклонный крест необычно выкрашены в красный цвет. Они будто обагрены кровью защитников Родины. Общий вид потрясает до глубины души.
И вот в первый день осени мы вновь на Орловщине, осуществляем намеченный план. Именная табличка в память родных об участнике Великой Отечественной войны Семёне Недолуге нашла своё место. Привезённый из Калужской области памятный знак установили рядом с мемориальной плитой Андрея Мефодьевича Гезя, боевого товарища Семёна Никитича. Он немногим старше. Воевал тоже в 1273 сп 387 сд. Так что уважаемый прадедушка оказался не среди незнакомых бойцов, а с однополчанином.

Зачем это всё?

Зачем всё это написано? Мои прадедушки П.К. Собченко и С.Н. Недолуга, как и миллионы погибших в годы войны с немецко-фашистскими захватчиками советских солдат, не пожалели ради будущего своей страны и её народа себя. А что я, живя в мирное время, могу сегодня дать им? Только свою благодарную память о них!
Не все вернулись с той войны живыми,
Ценою жизни победив фашизм.
Храним о вас мы память и поныне,
Примером служит нам ваш героизм!



Оксана Баркова.
Фото Михаила Чупринина.


Скачать прадедушкам посвящается.pdf