Сегодня: четверг 23 ноября 2017 г.

Николы…

Не счесть населённых пунктов в нашей стране, названных старым русским именем с греческими корнями Николай. Во время моих летних поездок по центру России попадались мне без счету и Николаевка, и Никольское, и Никульское... Но особо привлекли моё внимание и запомнились ярославские поселения с двойными названиями – Николо-Топор, Николо-Бой, Николо-Царевна… Встретилось на моём пути, наверное, с десяток таких сёл. Хотя их, как показывает карта географического атласа, значительно больше.
Интересно, подумала я заинтригованно, вот первая часть названий понятна. Святитель Николай Угодник прославился многими чудесами во славу Христову и получил на Руси известность довольно рано, в середине XI века. Он был покровителем всех путешествующих и стал поистине народным святым, прозываемым по-простому Николой или Миколой. Вероятно поэтому, в здешних местах распространена «никольская» тема. Народ переселялся, осваивал новую территорию и строил здесь храмы, которые освящались или имели приделы в честь этого милостивого и доброго чудотворца. А вторая-то именная составляющая, откуда взялась? Налюбовавшись природными красотами и прекрасной архитектурой, решила разобраться в возникшем вопросе. Помог в этом Интернет. Есть немало сайтов, посвященных истории и краеведению. С ними сотрудничают и специалисты, и любители путешествовать. Постараюсь теперь соединить полученные впечатления от увиденного во время путешествий и собранные с помощью информационной паутины исторические данные.

Река Топорка
Начну краеведческие изыскания с Мышкинского района. Отправляюсь в бывший погост Юрьевской волости, расположенный на реке Топорка. Сюда, по преданию, в 1238 году монголо-татары свели плененных русских: «всех зарубили топорами и похоронили». Речушка эта с тех пор и получила свое название, а церковь, поставленная «на костях», была освящена в честь Николы Чудотворца, заступника Руси.
Однако в документах село с деревянным храмом и строениями приходских людей впервые упоминается в XVII веке. Современную каменную церковь построили в 1841-1853 годах на средства капитана-лейтенанта Афанасия Ивановича Башмакова. Хранились в ней частицы святых мощей угодников Божьих.
В советские времена погост был центром сельсовета, где располагались школа, библиотека, ветеринарный участок, птичий двор, магазин.
Сегодня храм не действует. Да и села давно не существует. Просёлочная дорога к нему ведёт от Мартынова через возделываемые пока ещё поля и «дачные» деревеньки. Дачники разводят пчёл и держат огороды.
Прошла вдоль буйно заросшего и огромного кладбища. За ним открылся величественный вид. Над могильными оградами, выкрашенными в синие, голубы и серые цвета, и пышными шапками деревьев возвышалось объёмным полусферическим куполом и колокольней каменное здание редкой масштабности (56 метров в длину и 32 – в ширину) с портиками и колоннами. Своими внушительными размерами и сохранившимся внутренним убранством оно свидетельствовало о былом богатстве селян. Причём не простых. Они «кацкари» – так зовется субэтнос, населяющий берега реки Кадка и имеющий свои особенности в обычаях, языке, фольклоре.

На старых пнях
Борисоглебский район оказался богат на Никол. Побывала аж в трёх – в Пенье, Бое и Корме.
Село Николо-Пенье находится за Красным Октябрём, в с трудом проезжей глуши. Полевую накатку прямо на середине пути сильно разбивает в жидкую грязь ручей. «Нивы» держателей тутошних дач умудряются каким-то образом продираться через месиво и глубокую колею. Мне же в качестве надежного транспорта послужили ноги.
Шла и гадала. Отчего Пеньем названо? Может, петь здорово никольцы могли. Обернулись догадки мои в итоге неожиданным образом. Местная легенда рассказывает, что в 1688 году на старых пнях, оставшихся после рубки леса, устроили деревянный храм с Никольским престолом. Новый, украшенный внутренними росписями, появился, спустя 175 лет. Особенно почиталась многочисленными прихожанами храмовая икона святителя Николая, написанная в пошехонском Адриановом монастыре, и иконописное изображение Божией Матери, именуемое «Всех скорбящих радость».
Средства на строительство пожертвовал крестьянин Алексей Писцов. Известен и автор типового проекта – архитектор К. Тона. Однако строение, подобное этому, приземистому такому и компактному, мне больше нигде не попадалось. Смотрю на него, и воображение выдает образ русского богатыря в мощном шлеме-луковке. Защитник устал после битвы, присел грузно отдохнуть на пеньки, воткнув копье (колокольню, стало быть) в землю, да так и не смог подняться и распрямить плечи. Врос. Ему б воспрянуть ото сна, скинуть удушливое покрывало зелени с тела, а сил нет, и подсобить некому.

Где те березы?
Щемящую тоску по утрачиваемым архитектурным ценностям вызвал храм в селе Никола-Березники. Располагается он недалеко от асфальтированной трассы. Только такое удобное расположение не сказывается на его состоянии. Вроде и дома рядом жилые, люди строятся и благоустраиваются. А церковь, выстроенная в 1811 году усердием местного крестьянина Гаврилы Билибина во имя святителя Николая и Вознесения Господня, брошена, разрушается. Летом кирпичная кладка едва видна сквозь бурьян, который не дает вдохнуть замшелому кирпичу свежего воздуха. Получается, с глаз долой, из сердца – вон! Сырость внутри «съела» штукатурку. Правда, кое-где сохранились фрески. И какие! С золотом! Золоченые нимбы светятся над головами апостолов, Богоматери, Спасителя.
Никола-Березники – помещичье сельцо при пруде (видимо окруженном березовыми рощами) и колодцах. Где ж те березы ныне? Одни липы остались. Наверное, порубили на дрова. Топятся дома ведь по-старинке.
Уезжала отсюда с желанием вернуться ранней весной. Тогда не будет зелени, и храм в отсутствии «пут» откроется взору целиком.

Междоусобица
Судьба Николы-Боя неразрывно связана с историческими событиями минувших веков. Русь переживала период феодальной раздробленности. Русские князья вели междоусобные войны. В 1435 году власть делили внуки Димитрия Донского – Василий Тёмный и Димитрий Шемяка. Село, венчавшее собой довольно высокий холм и называвшееся тогда Николой на прудах, попало в эпицентр этой междоусобицы.
У подножия «горы», окруженной полями и густыми лесами, сошлись великокняжеские братья в кровопролитной битве. Павших насчитывалось с обеих сторон «великое множество». Победу в сражении одержал Димитрий. Василий укрылся в Угличе. Позже претендент, проигравший престол, возводит церковь в честь Николая Чудотворца там, «на бою». Она потом не раз испытает на себе тяготы военных перипетий, пожаров и нашествий. Обитель будут жечь татары и польско-литовские оккупанты. Но вновь и вновь маковки церковные возрождались, и звон колокольный разносился по всей округе.
В 1801 году было окончено возведение красивейшего каменного храма, пережившего поругание и разруху. Усердием верующих в 2009 году начались реставрационные работы. Именно таким, опутанным строительными лесами, словно надеждой на возрождение, и запечатлел его кировский фотограф Михаил Чупринин. Художественные фотографии, выставленные Михаилом Владимировичем в Интернете, понравились инициаторам восстановления святыни. Кировчанина пригласили на освящение церкви, когда воссияют на ней золотые купола. Хочется верить, забвение ей больше не грозит.

Живописнейшие руины
Село Никольское в Корме Рыбинского района примечательно ансамблем церквей. Одна – зимняя в честь Введения Пресвятой Богородицы – дождалась ремонта. Радует проезжающих и прихожан свежей штукатуркой, поставленным крестом и ведением служб. Другая – летняя во имя Николы Мирликийского – в настоящее время представляет собой живописнейшие руины. От церковного здания, сооруженного в 1806-1826 году попечением помещика П. Иванова и переоборудованного с учетом нужд под школу, остались мощный четырёхстолпный пятиглавый четверик в стиле классицизма и колокольня. Его каменные останки облюбовало крикливое воронье. Зазвучат ли вместо птичьих криков здесь когда-нибудь молитвы, не знаю. Однако же робкую надежду на лучшее, осматривая владения скандальных птиц, уловила. Местным батюшкой предпринимаются попытки найти сподвижников, чтобы возродить Дом Божий, чье предназначение окормлять словом спасительным людей.
Подозреваю, что в названии слово корма используется, скорее всего, с более прозаичным смыслом. Белорусы кормой называли селение городского типа, а крестьяне именуют так фураж, которым кормят крупный рогатый скот.

Не молоко, а река
Изучаю большесельские окрестности. Объект любознательности – Николо-Молокша. У многих сразу возникнет ассоциация в названии с молоком. Напрасно. Незнакомое слово означает в переводе с финно-угорского «река».
От Починка за пятнадцать минут пешего хода добралась до села, встретившего гостью красивейшими церковными воротами и свеженаписанной Николаевской иконой. За ними стоит кладбищенская церковь. Она действует с 1793 года и не закрывалась советской властью. Престолов в ней три: Усекновения Главы Иоанна Предтечи, Святителя и Чудотворца Николая, Тихона Амафунтского. Приход включает 17 селений.
Поставленные пластиковые окна указывают на попытки проведения ремонта в храме. Но, судя по всеобщему запустению, дальнейших перемен в облике здания не предвидится. В целом сложилось такое впечатление: свечи зажигают здесь не часто. И это действительно так. Интернетчики сообщают, что последнего настоятеля перевели в начале 1990-х годов в райцентр – Большое Село, поэтому богослужения в Николо-Молокше бывают редко. Чаще появления батюшки случаются бандитские налёты. Вандалы вынесли отсюда немало утвари.

Кому на ту сторону? Перевезём!
Нико́льское село в Ростовском районе образовалось при слиянии трёх речных вод – Вёксы и Устья в Которосль – и при Ростово-Суздальском тракте. К его старому названию добавилось слово Перевоз от древнего занятия жителей. Они перевозили путников через полноводную реку. По легенде, церковь святителя Николая здесь построил князь Константин Всеволодович. Выбрал место не случайно. Там, где княжьего сокольника Богдашку, искавшего улетевшего сокола, переправил сам святитель Николай. Сказывают, нашёлся и образ чудотворный святого.
Каменный одноглавый храм соединён с двухъярусной колокольней. Построен в 1783 году князем А. М. Голицыным. Имеет приделы: Рождества пр. Богородицы, святителя Николая и великомученика Георгия.
Летом в Николо-Перевозе прибавлялось народу. Сельская молодёжь устраивала в период, свободный от полевых работ, ежедневные посиделки с танцами и играми. Ростовцы любили присоединяться к забавам селян. И не удивительно. Манила их из города первозданная природа, речная гладь. Сидишь, эдак, вечерочком на бережочке, слушаешь пение птиц, любуешься отражением храма. Благодать!

За болотом
Снять художественно Николо-Заболотьевский храм никак не получалось. Мешали ненужные детали. Лезли в кадр, портя художественный образ, бурьян, могильные ограды, кресты. Пришлось обойти его кругом, то есть заехать в другой населенный пункт, выбраться на поросший сочной и высокой травой извилистый берег реки и открыть для себя изумительный пейзаж в стиле классической русской живописи.
Мудрить в названии села люди не стали. Находится оно за болотом. И потому порешили по-простому: зваться ему Заболотьем. Природная роскошь этого края подвигла владельца местной усадьбы воздвигнуть в конце XVII века храм. Ему исполнилось 325 лет. Никольская церковь очень мало перестраивалась и ремонтировалась на своем трехвековом жизненном пути. Уникальный памятник архитектуры сохранил в неприкосновенности сводчатую конструкцию и «родную», первоначальную роспись, выполненную мастерами ярославской школы фресковой живописи. До середины 1990-х годов он простоял без окон и дверей, с текущими кровлями, пока шефство над ним не взяла инициативная община верующих. Результаты их трудов – на фото.

Село, свободное от людей
Найти Царевну в Переславском районе легко, а вот храм в ней – не очень. С первой попытки не получилось. Протопала восемь километров пути по прямой, высокой, глинистой в глубокую местами колею насыпи. На то, что попала в село, указывали две деревянные избы, стоящие в стороне. К постройкам подойти так и не смогла, мешала вода, залившая луг. Продираясь, нахлебалась сапогами и вымокла насквозь. Трава-то высоченная и тоже в росе. Пришлось возвратиться назад ни с чем. Досадно!
Во второй раз боевой настрой принес таки результат. Шла напролом! Кружила лесом! Перебралась на ту сторону ручья. Не уйду, пока не найду! И вот мелькнуло! Периферийное зрение уловило какое-то пятно. Она! Открылась искательнице! Предстала разрухой!
А жилось ведь прекрасно этому былинному селу, известному с XVII века, стоящему в верховьях реки Сабли и окруженному высокими холмами, монастырями и княжескими дворами. Николо-Царевна имела официальное название Никольское, а в древности – Рождественский Погост. Насчитывалось в 1865 году 58 дворов с населением 179 крестьян и 210 крестьянок, имелось училище.
Касательно истории возникновения храма. Прослеживается связь с Димитрием, убиенным младшим сыном Ивана Грозного от седьмой жены. Трагедия, случившаяся в Угличе в 1591 году, вызвала кровавый бунт против организатора и заказчика убийства Бориса Годунова. Опасность угрожала матери царевича Марии Нагой. Та решила укрыться в своем родовом имении Нагая Слобода и по пути нашла приют в этом сокрытом уголке. Милостью своей царевна оставила денег на церковь.
В советское время село переименовали в Свободное. Настоящую же свободу оно не пережило. Боком вышло ему освобождение от существовавшего строя. Уже ни одного коренного селянина в годы перестройки не осталось в родных местах. Попытку возродить его предпринял столичный бизнесмен. В 2008 году в Николо-Царевне жил Дмитрий Бранец с женой. Они провели вдали от цивилизации 17 счастливых лет. Отшельники крестьянствовали, молились. Без света, без нормальной дороги. Зато всего остального – сколько хочешь. Плодородной земли, чистой воды, свежего воздуха.

Чем больше посещаешь такие примечательные места, тем сильнее проникаешься любовью и острее чувствуешь потери нашей Родины. Такой удивительной, прекрасной и обреченной на угасание. Наши предки нашли в ней самое главное – покой, тишину, мир. Современные города лишают нас гармонии. Хватит ли нам сил возродиться, чтобы жизнь вновь закипела в подобных Николах? Наверное, для этого нужно восстановить православные храмы, в которых запечатлена история страны и душа нашего народа, готового трудиться и созидать.

Оксана БАРКОВА.
Фото Михаила ЧУПРИНИНА.

Опубликовано в газете "Знамя труда" 17.09.2011