Сегодня: воскресенье 25 августа 2019 г.

Два Федора на русском троне

10 августа 2019 г.
«Разве их было двое? Не помню…» — такова типичная реакция наших соотечественников на вопрос по истории родной страны.

Действительно, о существовании в династии Рюриковичей царя Федора Иоанновича — сына Ивана Грозного, большинству людей известно очень мало (насколько эти знания соответствуют истине — отдельный вопрос). А о старшем брате Петра Первого — царе Федоре Алексеевиче Романове и вовсе редко кто помнит.

В общем, с благодарной памятью и популярностью у потомков не слишком-то «повезло» обоим царям Федорам. Этого не скажешь о серьезной исторической науке: там не прекращается кропотливая работа с источниками, анализируются их личности и эпохи, публикуются исследования от небольших статей до солидных монографий. Большинство же простых обывателей, не принадлежащих к историкам, вспомнят о царе Федоре Ивановиче разве что пару случайно услышанных или прочитанных стереотипов, а о царе Федоре Алексеевиче — и того не знают. Оба самодержца до сих пор остаются в тени своих великих родственников, правление которых как послужило укреплению Российского государства и росту его авторитета, так и причинило много страданий его жителям.

Так уж бывает: потомки больше знают о правителях, которые проводили «громкие» реформы, кардинально изменяли жизнь страны и ее населения, вели эпохальные войны. О тех же, кто вынужден был налаживать жизнь в стране после всех этих болезненных изменений, кто старался улучшать общественные порядки и нравы мягкими, щадящими изнуренный народ методами, кто созидал, стараясь не разрушать, знают и помнят гораздо меньше.

Книг, картин, фильмов, передач о таких личностях тоже создается немного, и у обычного человека — читателя, зрителя, слушателя — нет поводов поразмышлять над их вкладом в отечественную историю, а значит — и меньше шансов исправить о них мнение хотя бы в собственном представлении. Так обкрадывается самосознание народа, и людям легче внушить опасные представления, чуждые евангельским идеалам.

Восстановлением и обогащением исторической памяти особенно ценны для широкого читателя литературные произведения профессионального историка, писателя, лауреата Патриаршей премии имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия 2019 года Дмитрия Михайловича Володихина. Речь идет о его книгах «Царь Федор Иванович» и «Царь Федор Алексеевич, или Бедный отрок», которые вышли в серии «Жизнь замечательных людей» издательства «Молодая гвардия».
До сих пор можно услышать мнение, что Федор Иванович был «слабоумным, неспособным править страной» монархом, по сути передавшим бразды правления в руки своего шурина Бориса Годунова. В книге же Дмитрия Володихина мы узнаем царя Федора как далеко не примитивную, но интересную и разноплановую личность. Исходя из сохранившихся источников, писатель воссоздает портрет этого государственного деятеля и христианского подвижника максимально близким к тому, каким он был в реальности.

Автор напоминает читателям, что почитание царя Федора Иоанновича началось вскоре после его смерти, и он был канонизирован Русской православной церковью. Однако впоследствии, особенно в период борьбы с царизмом и религией, миф о «неспособности царя Федора управлять страной» заменил благодарную народную память о нем. И до наших дней еще пребывает под спудом забвения правда, что редко кто из русских правителей удостоился стольких добрых слов современников и потомков, как Федор Иоаннович. К примеру, в XVII веке государственный деятель, писатель, религиозно-философский мыслитель дьяк Иван Тимофеев писал: «Своими молитвами царь мой сохранил землю невредимой от вражеских козней».

По свидетельствам современников и мнению историков, время царствования царя-молитвенника, «царя-инока» было для населения нашей страны одним из самых благоприятных и спокойных, особенно если учитывать, что ему предшествовало немирное и многострадальное правление Ивана Грозного.

Дмитрий Володихин не старается представить героя своей книги сильным самодержцем, созданным для управления огромной страной. Но он напоминает читателям, что во время царствования «слабого» Федора Иоанновича и при его участии на Руси было введено Патриаршество, русским удалось закрепиться в Западной Сибири и на Урале, отвоевать часть земель, которых Россия лишилась в результате проигранной при Иване Грозном Ливонской войны. В годы правления царя Федора на карте появились новые русские города и православные монастыри.

Возможны возражения, что не лично царь занимался всем этим, в любом случае, не он один всего этого добился. Это, безусловно, так. Но ведь ни один, даже самый энергичный, сильный, «грозный» глава государства не добивался своих успехов в одиночку. В том и состоит сила правителя, что он умеет окружить себя мудрыми и достойными государственными деятелями.

И еще стоит задуматься, так ли уж слаб был Федор Иоаннович, если сумел, будучи еще наследником, отстоять перед самовластным отцом свой брак? Как известно, сам царь Иван Грозный был женат несколько раз — больше, чем благословляет Церковь. И своего старшего сына Ивана он дважды принуждал расстаться с женами: ссылал невесток в монастырь из-за «бесчадия». Иван был против, но не мог перечить воле отца. А вот его младший брат — кроткий Федор — смог. Когда он стал наследником престола, у него в браке с Ириной Годуновой не было детей. Иван Грозный задумал и эту невестку отправить в монастырь, а Федору найти новую жену, но…

Дмитрий Володихин приводит свидетельства иностранных авторов той эпохи, которые подтверждают, что у кроткого молитвенника, «пономарского сына» (как звал его сам родитель за любовь к колокольному звону и храмам), «слабого» Федора хватило мужества сохранить свой брак нерушимым. Согласно источникам, он сказал отцу: «Оставь ее со мною, а не то лиши меня жизни, ибо я не желаю ее покинуть». Произнес ли он именно эти слова или им подобные, проверить мы не можем. В данном случае важен результат: освященный Церковью брак Федора и Ирины был сохранен.

Он не был нарушен и потом, когда уже бояре стали убеждать царя Федора, что ему нужны наследники и другая жена… Сам «обычай» разводиться с «неплодной» женой начался у русских царей с деда царя Федора — Василия Третьего, который после многих лет супружества и отсутствия детей отправил свою жену Соломонию в монастырь, а сам женился снова… Но для его внука заповеди Божии и любовь к супруге оказались важнее, чем дела земные и даже продолжение династии. Слаб ли человек, живущий по вере в любых обстоятельствах, даже когда это требует от него стойкости и мужества? Ответ писателя историка, создавшего живой образ царя Федора Блаженного, очевиден и адресован современному читателю.

Для характеристики другого незаслуженно забытого монарха — царя Федора Алексеевича — Дмитрий Володихин нашел удивительно точные слова: это был русский государь, примиривший в себе родную почву и тягу к Европе. Такое сочетание было крайне редким качеством не только у венценосных особ, но и у их подданных. Обычно превалировало одно из двух, и гармонии не получалось, как в Петре Первом — младшем сыне царя Алексея Михайловича.

Старшие дети царя Алексея Тишайшего также получили разностороннее образование. Федор Алексеевич был весьма просвещенным для своего времени государственным правителем. Сохраняя веру и родную культуру, он был истинно русским монархом — защитником православия и, вместе с тем, не чуждался прогресса. Он стремился брать из европейских стран все, что могло послужить на благо развития родной страны, не принижая ничего русского, не пренебрегая им. В отличие от петровского, федоровский «поворот к Европе» мог бы быть для русского народа, его культуры и уклада жизни гораздо более мягким, щадящим, разумным, если бы царь Федор Алексеевич прожил дольше.

Но он умер совсем молодым: здоровье у него было слабое, а несчастный случай повредил его еще больше. Несмотря на физическую немощь, царь Федор Алексеевич был деятельным политиком. Он многое сделал для страны, в частности для ее лучшей обороноспособности были проведены реформы в армии. При нем было отменено местничество, открыто Типографское училище, из которого впоследствии выросло первое высшее учебное заведение России — Славяно-греко-латинская академия.

Нередко противопоставляются вера и наука, религиозность и образованность, русская культура и западноевропейские достижения. В книге о царе Федоре Алексеевиче Дмитрий Володихин показывает, что все это — вовсе не взаимоисключающие, а гармонично дополняющие друг друга категории. Один и тот же человек — Федор Романов был глубоко верующим православным монархом и подлинно просвещенным самодержцем: образованным, ценящим знания и родную культуру, понимающим, что из других стран можно и нужно заимствовать, обдуманно выбирая полезное для своего государства и его жителей, а не копировать все подряд и как можно больше.

Два Федора были на русском троне в разные эпохи и представляли разные династии русских царей, но оба за сравнительно краткий срок своего правления много сделали для своих современников и будущих поколений. Книги Дмитрия Володихина напоминают нам — их далеким потомкам, о реальности соединения евангельского благочестия и деятельной заботы о благе Отечества даже для людей, обладающих абсолютной властью.

Митрополит Калужский и Боровский Климент
Источник


Два Федора на русском троне

10 августа 2019 г.
«Разве их было двое? Не помню…» — такова типичная реакция наших соотечественников на вопрос по истории родной страны.

Действительно, о существовании в династии Рюриковичей царя Федора Иоанновича — сына Ивана Грозного, большинству людей известно очень мало (насколько эти знания соответствуют истине — отдельный вопрос). А о старшем брате Петра Первого — царе Федоре Алексеевиче Романове и вовсе редко кто помнит.

В общем, с благодарной памятью и популярностью у потомков не слишком-то «повезло» обоим царям Федорам. Этого не скажешь о серьезной исторической науке: там не прекращается кропотливая работа с источниками, анализируются их личности и эпохи, публикуются исследования от небольших статей до солидных монографий. Большинство же простых обывателей, не принадлежащих к историкам, вспомнят о царе Федоре Ивановиче разве что пару случайно услышанных или прочитанных стереотипов, а о царе Федоре Алексеевиче — и того не знают. Оба самодержца до сих пор остаются в тени своих великих родственников, правление которых как послужило укреплению Российского государства и росту его авторитета, так и причинило много страданий его жителям.

Так уж бывает: потомки больше знают о правителях, которые проводили «громкие» реформы, кардинально изменяли жизнь страны и ее населения, вели эпохальные войны. О тех же, кто вынужден был налаживать жизнь в стране после всех этих болезненных изменений, кто старался улучшать общественные порядки и нравы мягкими, щадящими изнуренный народ методами, кто созидал, стараясь не разрушать, знают и помнят гораздо меньше.

Книг, картин, фильмов, передач о таких личностях тоже создается немного, и у обычного человека — читателя, зрителя, слушателя — нет поводов поразмышлять над их вкладом в отечественную историю, а значит — и меньше шансов исправить о них мнение хотя бы в собственном представлении. Так обкрадывается самосознание народа, и людям легче внушить опасные представления, чуждые евангельским идеалам.

Восстановлением и обогащением исторической памяти особенно ценны для широкого читателя литературные произведения профессионального историка, писателя, лауреата Патриаршей премии имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия 2019 года Дмитрия Михайловича Володихина. Речь идет о его книгах «Царь Федор Иванович» и «Царь Федор Алексеевич, или Бедный отрок», которые вышли в серии «Жизнь замечательных людей» издательства «Молодая гвардия».
До сих пор можно услышать мнение, что Федор Иванович был «слабоумным, неспособным править страной» монархом, по сути передавшим бразды правления в руки своего шурина Бориса Годунова. В книге же Дмитрия Володихина мы узнаем царя Федора как далеко не примитивную, но интересную и разноплановую личность. Исходя из сохранившихся источников, писатель воссоздает портрет этого государственного деятеля и христианского подвижника максимально близким к тому, каким он был в реальности.

Автор напоминает читателям, что почитание царя Федора Иоанновича началось вскоре после его смерти, и он был канонизирован Русской православной церковью. Однако впоследствии, особенно в период борьбы с царизмом и религией, миф о «неспособности царя Федора управлять страной» заменил благодарную народную память о нем. И до наших дней еще пребывает под спудом забвения правда, что редко кто из русских правителей удостоился стольких добрых слов современников и потомков, как Федор Иоаннович. К примеру, в XVII веке государственный деятель, писатель, религиозно-философский мыслитель дьяк Иван Тимофеев писал: «Своими молитвами царь мой сохранил землю невредимой от вражеских козней».

По свидетельствам современников и мнению историков, время царствования царя-молитвенника, «царя-инока» было для населения нашей страны одним из самых благоприятных и спокойных, особенно если учитывать, что ему предшествовало немирное и многострадальное правление Ивана Грозного.

Дмитрий Володихин не старается представить героя своей книги сильным самодержцем, созданным для управления огромной страной. Но он напоминает читателям, что во время царствования «слабого» Федора Иоанновича и при его участии на Руси было введено Патриаршество, русским удалось закрепиться в Западной Сибири и на Урале, отвоевать часть земель, которых Россия лишилась в результате проигранной при Иване Грозном Ливонской войны. В годы правления царя Федора на карте появились новые русские города и православные монастыри.

Возможны возражения, что не лично царь занимался всем этим, в любом случае, не он один всего этого добился. Это, безусловно, так. Но ведь ни один, даже самый энергичный, сильный, «грозный» глава государства не добивался своих успехов в одиночку. В том и состоит сила правителя, что он умеет окружить себя мудрыми и достойными государственными деятелями.

И еще стоит задуматься, так ли уж слаб был Федор Иоаннович, если сумел, будучи еще наследником, отстоять перед самовластным отцом свой брак? Как известно, сам царь Иван Грозный был женат несколько раз — больше, чем благословляет Церковь. И своего старшего сына Ивана он дважды принуждал расстаться с женами: ссылал невесток в монастырь из-за «бесчадия». Иван был против, но не мог перечить воле отца. А вот его младший брат — кроткий Федор — смог. Когда он стал наследником престола, у него в браке с Ириной Годуновой не было детей. Иван Грозный задумал и эту невестку отправить в монастырь, а Федору найти новую жену, но…

Дмитрий Володихин приводит свидетельства иностранных авторов той эпохи, которые подтверждают, что у кроткого молитвенника, «пономарского сына» (как звал его сам родитель за любовь к колокольному звону и храмам), «слабого» Федора хватило мужества сохранить свой брак нерушимым. Согласно источникам, он сказал отцу: «Оставь ее со мною, а не то лиши меня жизни, ибо я не желаю ее покинуть». Произнес ли он именно эти слова или им подобные, проверить мы не можем. В данном случае важен результат: освященный Церковью брак Федора и Ирины был сохранен.

Он не был нарушен и потом, когда уже бояре стали убеждать царя Федора, что ему нужны наследники и другая жена… Сам «обычай» разводиться с «неплодной» женой начался у русских царей с деда царя Федора — Василия Третьего, который после многих лет супружества и отсутствия детей отправил свою жену Соломонию в монастырь, а сам женился снова… Но для его внука заповеди Божии и любовь к супруге оказались важнее, чем дела земные и даже продолжение династии. Слаб ли человек, живущий по вере в любых обстоятельствах, даже когда это требует от него стойкости и мужества? Ответ писателя историка, создавшего живой образ царя Федора Блаженного, очевиден и адресован современному читателю.

Для характеристики другого незаслуженно забытого монарха — царя Федора Алексеевича — Дмитрий Володихин нашел удивительно точные слова: это был русский государь, примиривший в себе родную почву и тягу к Европе. Такое сочетание было крайне редким качеством не только у венценосных особ, но и у их подданных. Обычно превалировало одно из двух, и гармонии не получалось, как в Петре Первом — младшем сыне царя Алексея Михайловича.

Старшие дети царя Алексея Тишайшего также получили разностороннее образование. Федор Алексеевич был весьма просвещенным для своего времени государственным правителем. Сохраняя веру и родную культуру, он был истинно русским монархом — защитником православия и, вместе с тем, не чуждался прогресса. Он стремился брать из европейских стран все, что могло послужить на благо развития родной страны, не принижая ничего русского, не пренебрегая им. В отличие от петровского, федоровский «поворот к Европе» мог бы быть для русского народа, его культуры и уклада жизни гораздо более мягким, щадящим, разумным, если бы царь Федор Алексеевич прожил дольше.

Но он умер совсем молодым: здоровье у него было слабое, а несчастный случай повредил его еще больше. Несмотря на физическую немощь, царь Федор Алексеевич был деятельным политиком. Он многое сделал для страны, в частности для ее лучшей обороноспособности были проведены реформы в армии. При нем было отменено местничество, открыто Типографское училище, из которого впоследствии выросло первое высшее учебное заведение России — Славяно-греко-латинская академия.

Нередко противопоставляются вера и наука, религиозность и образованность, русская культура и западноевропейские достижения. В книге о царе Федоре Алексеевиче Дмитрий Володихин показывает, что все это — вовсе не взаимоисключающие, а гармонично дополняющие друг друга категории. Один и тот же человек — Федор Романов был глубоко верующим православным монархом и подлинно просвещенным самодержцем: образованным, ценящим знания и родную культуру, понимающим, что из других стран можно и нужно заимствовать, обдуманно выбирая полезное для своего государства и его жителей, а не копировать все подряд и как можно больше.

Два Федора были на русском троне в разные эпохи и представляли разные династии русских царей, но оба за сравнительно краткий срок своего правления много сделали для своих современников и будущих поколений. Книги Дмитрия Володихина напоминают нам — их далеким потомкам, о реальности соединения евангельского благочестия и деятельной заботы о благе Отечества даже для людей, обладающих абсолютной властью.

Митрополит Калужский и Боровский Климент
Источник