Сегодня: Понедельник 10 Май 2021 г.

Душегубство

12 Декабрь 2020 г.
Яма, оскаленная как раззявленная пасть, на зеленом от ровной молодой травки газоне. Рваные, местами осыпавшиеся от воды края. Грязные, липкие отвалы и бруствера. Серое небо, плюющее слабым дождем. У меня "дежавю"? Я видел в точности это два года назад и здесь же. Стоп, но тогда светило солнце. Оно светило, как это ни странно, для питерской погоды, почти два месяца, пока мы поднимали здесь убитых. И сейчас на дне ямы, на настилах аккуратными рядами гробы, а не ломанные черепа в прострелянных касках, в мешанине из рук, ног и вскрытых грудин, вперемешку с гранатами, автоматными магазинами и недопревшим обмундированием.

Памятник, плещет рыжим вечный огонь. Тонкая цепочка родственников к яме, шшшшух, шшшшух, шшшшшшух, редкими семечками щепотки земли на бархат гробов. А в голове: "Что для них изменилось? Из ямы в яму." Старушка, проходя по краю ямы, глядя вниз, причитает: "Сколько ж душ война сгубила»…

-Души, души, - как спасение забилось в голове.
-Как души их война могла сгубить?
-Душа, она вечная!

Ан нет, сгубила. Только не эти, не тех, кто за правду, за Родину, за свободу, за матерей, отцов жизни отдал. Она, война сгубила души убийц. Души палачей, предателей, варваров. Душегубы, они свои души преступлениями своими губят. А чистая душа - она вечная.

"Трах", - салютный залп заставил всех вздрогнуть. Каждый раз смотришь на салютную группу, смотришь, как готовятся стрелки и вроде даже видишь, как выбирает свободный ход спусковой скобы солдат, ждешь выстрела и всегда он звучит неожиданно.

"Трах", - взвились над лесом птицы. Мысли оторвались от реальности. Как вспышки в мозгу: каски, черепа, шинели, шевелящиеся на ветру волосы на гладких костях, валенки, ботинки, россыпь золотом отдающих патронов на месиве грязи и костей.

"Трах", - опять бьется в голове.

-Души губит война....
-Живые сами свои души губят.
-Война души и сейчас губит? Или спасает?
-Из ямы в яму, зачем?

На колено, руку на грязную землю. Согреть могилу, землю мокрую согреть. Десятки рук в грязь.

-Зачем?
-Им-то уже не холодно.
-А может нам холодно?
-Может мы в холод замогильный проваливаемся?
-Зачем?

Напротив глаза молодые, рука в грязи. Взгляд на фоне неба серого сталью наливается. Что-то там рождается, бьется там что-то, что-то новое. То, чего в толпе в городе не увидишь, осознанное, что-то глубокое там рождается. Может за эти? Может для этого?

Шелестят по мокрому асфальту колеса. Шух, шух, шух. Дворники ручейки по лобовому стеклу гоняют. "Шух" - чисто, смазанная пелена, "шух" - опять ровная лента асфальта. И в голове что-то крутится также, осознание какое-то.

-Души. Душегубы сами душу свою губят.
А ведь пока жизнь эту проживаешь. Жизнь, которая в вечности - мгновение, сам и губишь душу свою.
-А они-то причем?
-А они спасли свои души. Смертью своей чистой и спасли. А теперь для нас, как индикатор нашего душегубства, и память о них, и тела их.

За каплями дождя на стекле неясные силуэты дачных коттеджей, огромные ангары, склады. А в голове недавние рубленные фразы в пирамиду складываются.

-Что Вы с мертвыми все носитесь? Нет их давно. А это просто кости. У нас по всей стране кости, что теперь не строить и не жить?
-Души. Душегубство - все крутится в голове и никак не зацепить.

Они, наверное, простят товарищей своих и детей. Тех, кто по костям их неубранным трактора с плугами пускали. Они страну поднимали, внуков своих кормили, космодромы строили, заводы, фабрики. Чтобы мир на земле был. А нас простят? За то, что мы на костях, на памяти бассейны, виллы и автосалоны строим? Простят, что два года им не могли на их земле место упокоения найти? Простят, что о душах своих позабыли и днем сегодняшним живем, жизнь сладкую за вечность приняв?

Зачем? Из ямы - в яму, зачем?

А чтоб старушка про души вспомнила, прошептала. Чтоб внучка солдата убитого своего внука на могилу привела. Чтоб внук солдатский за тысячу километров приехал поклониться месту, где дед его лег. Чтоб в глазах молодых сталь с огнем увидеть. Чтоб душу свою не загубить и душегубом не стать.

Сергей Мачинский


Душегубство

12 Декабрь 2020 г.
Яма, оскаленная как раззявленная пасть, на зеленом от ровной молодой травки газоне. Рваные, местами осыпавшиеся от воды края. Грязные, липкие отвалы и бруствера. Серое небо, плюющее слабым дождем. У меня "дежавю"? Я видел в точности это два года назад и здесь же. Стоп, но тогда светило солнце. Оно светило, как это ни странно, для питерской погоды, почти два месяца, пока мы поднимали здесь убитых. И сейчас на дне ямы, на настилах аккуратными рядами гробы, а не ломанные черепа в прострелянных касках, в мешанине из рук, ног и вскрытых грудин, вперемешку с гранатами, автоматными магазинами и недопревшим обмундированием.

Памятник, плещет рыжим вечный огонь. Тонкая цепочка родственников к яме, шшшшух, шшшшух, шшшшшшух, редкими семечками щепотки земли на бархат гробов. А в голове: "Что для них изменилось? Из ямы в яму." Старушка, проходя по краю ямы, глядя вниз, причитает: "Сколько ж душ война сгубила»…

-Души, души, - как спасение забилось в голове.
-Как души их война могла сгубить?
-Душа, она вечная!

Ан нет, сгубила. Только не эти, не тех, кто за правду, за Родину, за свободу, за матерей, отцов жизни отдал. Она, война сгубила души убийц. Души палачей, предателей, варваров. Душегубы, они свои души преступлениями своими губят. А чистая душа - она вечная.

"Трах", - салютный залп заставил всех вздрогнуть. Каждый раз смотришь на салютную группу, смотришь, как готовятся стрелки и вроде даже видишь, как выбирает свободный ход спусковой скобы солдат, ждешь выстрела и всегда он звучит неожиданно.

"Трах", - взвились над лесом птицы. Мысли оторвались от реальности. Как вспышки в мозгу: каски, черепа, шинели, шевелящиеся на ветру волосы на гладких костях, валенки, ботинки, россыпь золотом отдающих патронов на месиве грязи и костей.

"Трах", - опять бьется в голове.

-Души губит война....
-Живые сами свои души губят.
-Война души и сейчас губит? Или спасает?
-Из ямы в яму, зачем?

На колено, руку на грязную землю. Согреть могилу, землю мокрую согреть. Десятки рук в грязь.

-Зачем?
-Им-то уже не холодно.
-А может нам холодно?
-Может мы в холод замогильный проваливаемся?
-Зачем?

Напротив глаза молодые, рука в грязи. Взгляд на фоне неба серого сталью наливается. Что-то там рождается, бьется там что-то, что-то новое. То, чего в толпе в городе не увидишь, осознанное, что-то глубокое там рождается. Может за эти? Может для этого?

Шелестят по мокрому асфальту колеса. Шух, шух, шух. Дворники ручейки по лобовому стеклу гоняют. "Шух" - чисто, смазанная пелена, "шух" - опять ровная лента асфальта. И в голове что-то крутится также, осознание какое-то.

-Души. Душегубы сами душу свою губят.
А ведь пока жизнь эту проживаешь. Жизнь, которая в вечности - мгновение, сам и губишь душу свою.
-А они-то причем?
-А они спасли свои души. Смертью своей чистой и спасли. А теперь для нас, как индикатор нашего душегубства, и память о них, и тела их.

За каплями дождя на стекле неясные силуэты дачных коттеджей, огромные ангары, склады. А в голове недавние рубленные фразы в пирамиду складываются.

-Что Вы с мертвыми все носитесь? Нет их давно. А это просто кости. У нас по всей стране кости, что теперь не строить и не жить?
-Души. Душегубство - все крутится в голове и никак не зацепить.

Они, наверное, простят товарищей своих и детей. Тех, кто по костям их неубранным трактора с плугами пускали. Они страну поднимали, внуков своих кормили, космодромы строили, заводы, фабрики. Чтобы мир на земле был. А нас простят? За то, что мы на костях, на памяти бассейны, виллы и автосалоны строим? Простят, что два года им не могли на их земле место упокоения найти? Простят, что о душах своих позабыли и днем сегодняшним живем, жизнь сладкую за вечность приняв?

Зачем? Из ямы - в яму, зачем?

А чтоб старушка про души вспомнила, прошептала. Чтоб внучка солдата убитого своего внука на могилу привела. Чтоб внук солдатский за тысячу километров приехал поклониться месту, где дед его лег. Чтоб в глазах молодых сталь с огнем увидеть. Чтоб душу свою не загубить и душегубом не стать.

Сергей Мачинский